Марина Геннадьевна Минина
Москва
Moscow
Банкеев Дмитрий Александрович
125284, Москва, 2-й Боткинский проезд, 5, корп. 17
Dmitry Bankeev
Address: 5/17, Vtoroy Botkinsky Proezd, Moscow, 125284,
Алексей Батыргараевич Зулькарнаев
Москва
Moscow
Василий Сергеевич Богданов
Москва
Moscow
Эльвира Анвяровна Тенчурина
Москва
Moscow
Москва
Moscow
Цель: выявление характеристик доноров и реципиентов, ассоциированных с риском утраты функции почечного трансплантата (ПАТ) при трансплантации почек (АТП), полученных от доноров с расширенными критериями и диагностированной смертью головного мозга.
Материалы и методы. Ретроспективное когортное многоцентровое исследование, включающее 254 донора, соответствовавших расширенным критериям UNOS, и 444 реципиента.
Результаты. Средний возраст доноров составил 58,3 ± 4,8 года. Период холодовой консервации составил 14,4 [12,3; 17] часа. Средний возраст реципиентов составил 51,6 ± 9,6 года. MFI I класса >500 единиц имели 40 (9,2%) реципиентов, MFI II класса >500 единиц – 56 (12,8%) реципиентов. У 34,3% реципиентов функция трансплантата была отсроченной. Многофакторный анализ показал, что минимальная скорость клубочковой фильтрации (СКФ) (HR = 0,98; 95% ДИ 0,965–0,997; p = 0,023) и совокупный показатель уровней АЛТ и АСТ (HR = 1,208; 95% ДИ 1,063–1,372; p = 0,004) донора были значимо ассоциированы с риском утраты функции ПАТ; возраст донора не показал статистически значимой связи с риском утраты ПАТ. Среди факторов реципиента наибольший риск утраты ПАТ был ассоциирован с наличием сахарного диабета с поражением органов-мишеней (HR = 3,727; 95% ДИ 1,380–10,07; p = 0,009), нефропатии неизвестного генеза (HR = 3,816; 95% ДИ 1,212–12,02; p = 0,022) и высоким уровнем анти-HLA антител II класса (MFI) (HR = 1,125 на 1000 ед.; 95% ДИ 1,039–1,218; p = 0,004). При включении в модель СКФ через 3 месяца после трансплантации значимость донорских факторов (СКФ, АЛТ и АСТ) нивелировалась.
Заключение. Факторами реципиента, ассоциированными с утратой трансплантата, являются: сахарный диабет, неустановленная причина исходной ХБП, высокий уровень анти-HLA антител II класса и СКФ через три месяца после АТП. Наиболее важными характеристиками донора, связанными с утратой ПАТ, явились: минимальная СКФ за весь период госпитализации донора и уровни АЛТ и АСТ, однако эти факторы становятся статистически не значимыми при включении в модель СКФ реципиента через три месяца после АТП.
Objective: to identify donor and recipient factors associated with the risk of loss of graft function in recipients of kidney grafts from expanded-criteria, brain-dead donors.
Materials and methods. A retrospective multicenter cohort study included 254 donors who met the UNOS expanded-criteria defi nition and 444 corresponding recipients. Donor and recipient characteristics, perioperative parameters, and post-transplant outcomes were analyzed using single- and multivariable Cox regression models.
Results. Mean donor age was 58.3 ± 4.8 years, and median cold ischemia time was 14.4 [12.3–17.0] hours. Mean recipient age was 51.6 ± 9.6 years. Class I antihuman leukocyte antigen (anti-HLA) antibodies (mean fl uorescence intensity [MFI] >500) were detected in 40 (9.2%) recipients, and class II antibodies in 56 (12.8%). Delayed graft function occurred in 34.3% of recipients. Multivariate analysis revealed that lower donor minimum glomerular filtration rate (GFR) (HR = 0.98; 95% CI 0.965–0.997; p = 0.023) and higher combined donor ALT + AST levels (HR = 1.208; 95% CI 1.063–1.372; p = 0.004) were signifi cantly associated with an increased risk of graft loss. Donor age was not a significant predictor. Among recipient factors, diabetes mellitus with target-organ damage (HR = 3.727; 95% CI 1.380–10.07; p = 0.009), nephropathy of unknown origin (HR = 3.816; 95% CI 1.212–12.02; p = 0.022), and elevated class II antiHLA antibody levels (HR = 1.125 per 1000 MFI; 95% CI 1.039–1.218; p = 0.004) were the strongest predictors of graft loss. When recipient GFR at three months post-transplant was included in the model, the signifi cance of donor-related factors (GFR, ALT, AST) was negated.
Conclusion. Recipient-related predictors of graft loss are diabetes mellitus, unknown etiology of initial CKD, high class II anti-HLA antibody levels, and reduced GFR at three months post-transplant. Donor-related predictors of graft loss are minimum GFR during the entire period of donor hospitalization and elevated ALT/AST levels; however, these factors become statistically insignificant when recipient GFR three months after KT is included in the model.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.